МЕНЮ

Путевой лист в оригинале

№10
Путевой лист в оригинале

Начальник автотранспортного цеха ОАО «Уралэлектромедь» Фарит Хафизов беседу ведет ровно, уверенно, без лишней суетности — как опытный водитель свою машину. Каждая из рассказанных им историй как очередной поворот на дороге жизни. Поворотов этих не перечесть. Самый крутой — проект создания музея военной техники в Верхней Пышме. Сколько в России транспортных цехов? Тысячи. У каждого есть начальник. Но только на головном предприятии УГМК АТЦ включает в себя участок реставрации военной техники, а начальник этого цеха руководит операцией по доставке из тундры самого настоящего паровоза… Впрочем, обо всем по порядку.

Судьбоносная встреча

В детстве поехал Фарит с отцом на покос. Дорога в горку, навстречу — машина странная. Отец тормозит, затевает разговор с незнакомым водителем, а маленький Фарит чудо-автомобиль рассматривает — ЗИС-110: мощный, представительный, никогда таких не видел. Не чета родному «запорожцу» или в обилии бытовавшим «москвичам». Серьезный транспорт. И почему-то запомнилось, что дверь у этой машины изнутри на веревку привязана. Странно как-то: такое роскошное авто — и дверь как-то по-шутейному прикреплена. Вот бы ее как надо наладить! Потом отец рассказал, что это он водителя самого Георгия Жукова встретил. Тому этот ЗИС маршал подарил, когда уезжал из Свердловска. Маленький Фарит тогда и подумать не мог, что сошелся на дороге со своей будущей судьбой.

Новая встреча со старым знакомцем состоялась уже в 2005 году. Теперь Фариту Минихановичу раритетный автомобиль достался в куда более плачевном состоянии — кузов с колесами, да и только. Александр Козицын попросил его на ход поставить — история все-таки, не должна пропасть. Задача, к которой непонятно как поступиться. Начальник автотранспортного цеха подключил к этому делу своих сотрудников. Стали смотреть книги, применять к делу фантазию, молва помогала. Где коробку-автомат отыщут, где насос гидроусилителя от «тойоты» пристроят — так вдумчиво, без спешки, прибор за прибором маршальскую машину и отреставрировали. Во время испытаний Фарит Хафизов смог разогнать это авто, бывшее некогда ветхим железом, до ста километров в час.

И пошло-поехало! Новые заказы по этой теме появились. «Москвич-401», ЗИС-5. «Виллис», ГАЗ-67 и т.д. Позднее, когда оформился музей военной техники, начали обустраивать участок реставрации техники. Объем и необычность задач между тем только нарастает. Сначала легковые автомобили, раритетные «джипы», потом грузовые машины времен Великой Оте¬чественной. И главное, вспоминает Хафизов, плавно все это происходило, в мягкой последовательности. Вроде как и была такой изначальная задумка — не сразу к самому главному подвести. Одно за другим, сноровки добавляется. До военной техники дело дошло — поняли, что и на нее сил хватит.

Когда пошли танки — работа потребовала особого душевного настроя. Ощущение истории на кончиках пальцев! В покореженном металле — чья-то боль, чей-то подвиг. Право на небрежность или ошибку отсутствует. «Когда поступает на реставрацию танк и тебе говорят, что в нем погиб экипаж — мурашки по коже. Остро начинаешь чувствовать в такие моменты, какой ценой нам далась Победа», — делится своими впечатлениями начальник АТЦ.

Реставрация эпохи

Каждая новая задача — это новый подход, разработка еще не апробированной технологии, собственные макеты. Это уже не просто работа — это уже перешло в образ жизни. Очень часто на участке реставрации военной техники решаются задачи, с которыми до сих пор никто не сталкивался. А ведь на реставратора техники никто из сотрудников не учился. До всего своим умом приходилось доходить.

Например, «студебеккер»: ходовая часть у него бесшумная, без металла практически — как такую восстановить? В Америку ведь не поедешь по сусекам рыскать. Додумались умельцы от нашего гусеничного «Бобра» приспособить ходовую — вряд ли кто еще бы догадался. Или нужно орудие сделать для макета подводной лодки, требуется чертеж. Работа для КБ целого, а они в Москве, возьмутся или нет за кропотливую работу — большой вопрос. Своими силами надежней. Подключили специалистов с завода им. Калинина, вместе с ними взяли линейки в руки, картон, ножницы — шаблонируют, меряют. И в течение двух недель точная копия орудия уже стоит на подводной лодке в музее. Или другая задача: сделать заново двухметровое сферическое крыло на ГАЗ М-1 — тоже вряд ли, кроме команды Хафизова, кто-нибудь над ней трудился. Ну и вживление современных агрегатов — все это как в первый и последний раз делается. Сегодня в арсенале работников участка реставрации есть даже танк БТ-5, который выходит на гидроприводе, джойстиком управляется. Причину большинства пышминских ноу-хау Фарит Хафизов объясняет так: «Если зарубежному спецу такую задачу поставить, он с тобой без чертежа и разговаривать не станет. А у нас — на пальцах показал, мимикой добавил. "Понял — нет?" — уточняешь. "Понял", — отвечают. И ведь делают! Смекалка русская: каждый второй — Кулибин!»

Особое волнение, когда результат труда на людях надо показать. Допустим, на традиционном карнавале к Дню металлурга. Автотранспортники Хафизова всегда к этому мероприятию свою «изюминку» готовят. Однажды подготовили специально к празднику четыре машины военной поры, поставили на них станки, и сценка из прошлого — как токари «все для фронта, все для победы» точили — взяла первое место. На два порядка ответственней — проезд техники на торжественном шествии в День Победы. В 2014 году по главной улице Верхней Пышмы своим ходом прошло 18 единиц раритетной военной техники. На некоторых машинах следы от пуль и осколков снарядов.

Фарит Миниханович вспоминает. Март. Делаем танк БТ-7, и вдруг задача — он должен пойти в колонне 9 мая. Вообще-то не планировали. Ведь у того только каркас добротно выглядит, внутренностей родных, считай, что и нет. Хафизов принимает решение — сделать машину на один проход. Поставили редуктор от ЗИЛа-157-го, поставили двигатель — рискнули пустить на парад с тем, что есть. Особенность работы в том, что те люди, кто делают танк, потом обычно его на парад и ведут. Оплошать на виду у всех нельзя. И вот наступает 9 мая. У каждого, кто трудился над БТ-7, сердце ходуном: потянет — не потянет? Расчет начальника цеха оказался правильный. Машина начала дергаться лишь после того, как прошла трибуны, а как окончательно встала — этого уже никто и не видел. Перекрестились, выдохнули, но ровно до следующего дня. Начиная с 10 мая уже все мысли о том, чем на следующий год удивить публику.

Наш паровоз в Пышму летит

Когда на реставрацию танки пошли, стала мысль закрадываться: «А дальше-то что?» Ответ подсказала жизнь. Очередная задача поступила — доставить еще один экспонат для музея военной техники УГМК. Паровоз! Из тундры! На Ямале! 60 километров до ближайшего населенного пункта! Съездили на разведку. Действительно стоит: огромный, 60 тонн железа — осколок великой сталинской стройки. По дороге его не вывезешь ввиду отсутствия таковых. По реке — тоже проблема: зыбкий песок, покатистый берег, ни один кран до воды в таких условиях не дотащит.

Приехал из ознакомительной командировки Фарит Миниханович, и как заноза в голове: «Как это сделать? Как?» Взвешивали все за и против, совещались, решили — будем вывозить вертолетами. Одна закавыка: за раз можно поднять груз не более 15 тонн, а паровоз весит как минимум в четыре раза больше. И снова задача из ранее не встречавшихся — подручными средствами разобрать паровоз на составные части. Ну, на домкратах приподнять котел над экипажной частью, закрепить его на стойках — это еще полбеды. Дальше надо раму с колесами вытащить из-под котла. Как? Опять в действие смекалка. Наладили из оставшихся от сталинской стройки рельсов что-то типа железки. Фарит Хафизов трудился наравне со всеми: топор, лопату в руки — по-другому в такой обстановке лидером не стать. После лебедки привезли, зацепили за деревья и начали вытаскивать. Буквально по сантиметру многотонная махина двигаться начала. На сотню раз вспотели, покуда вытащили.

Следующий выезд с вертолетчиками. Еще сложнее. Температура –10°С (ямальская осень), ветер лютый, вода в кружках мерзнет. К трудностям Фарит Хафизов относится стоически. Без них и характер закалить нельзя — так считает. В свое время за проверкой характера он на БАМ добровольцем отправился, тоже всякое бывало: и по льду на своей машине ночь напролет шел, и по дороге с уклоном в 30 градусов полдня осторожно катился. И обмороженного товарища на безлюдной дороге подменял, и в глухих местах под вой волков ночевал. Такую школу водительской ответственности прошел, какую в другом месте вряд ли получишь. В общем, к трудностям были готовы, но чтобы к таким…

Прибыли вертолетчики. Когда огромная летающая махина зависла в воздухе, внизу все, что могло в воздух подняться, летать начало: железо, бруски, сучья. С низкорослых деревьев все листья-иголки мигом посметало. И каждый шаг через преодоление. В таких условиях многотонный груз и закрепили. После вертолетчики, что до этого сплошной скепсис испытывали к непонятным энтузиастам с Урала, по рации одно сказали: «Мужики, спасибо. Очень грамотный зацеп». После четырех таких зацепов — задача выполнена — что-то вроде праздничного вечера устроили. Эти воспоминания для Фарита Минихановича одни из самых сильных: «Луна выкатилась, поднялась на полметра и лежит в воздухе. Сидим с мужиками за ухой и не только. И такая романтика — не передать! И чувство выполненного долга! И уважение друг к другу. И чувство победы — мы сделали это!»

…Задачи, которые перед Фаритом Хафизовым ставит работа, не из рядовых. Но он ждет их и живет ими — еще одна возможность познать себя, свой потенциал. Еще одна история, один житейский поворот из тех, которыми судьба пишется. Не только твоя, но и твоего предприятия, твоей страны.

Андрей ТИТОВ